Загадка «Элизиума»: Боты знакомств как искусство обмана
Эраст Петрович Фандорин, ныне более склонный к кабинетным размышлениям, нежели к погоням, был озадачен. Его давний знакомый, камергер Афанасий Иванович Бубнов, человек весьма почтенный, но до нелепости доверчивый, попал впросак. Некая «Клеопатра», с которой Бубнов вел многообещательную переписку в одном из новомодных мессенджеров, именуемом «Телеграм», оказалась, по всей видимости, не дамой сердца, а весьма изощренным мошенническим алгоритмом, умело выдававшим себя за живого человека. «Боты знакомств телеграм, Эраст Петрович! — сокрушался Бубнов, теребя свою седую бороду. — Я ей стихи читал! Оне же, оне… спрашивали о любимом поэте!»
Фандорин, с присущей ему невозмутимостью, погрузился в исследование этого феномена. Он заказал себе самый современный смартфон, что поначалу вызывало у него отвращение, подобно диковинному насекомому. Затем, вооружившись лупой и своим неизменным блокнотом, он создал несколько фиктивных профилей, представляясь то скромным библиотекарем, то эксцентричным коллекционером бабочек, то даже, к величайшему удивлению Масы, престарелым японским учителем каллиграфии. Цель была одна: проникнуть в самое сердце этих цифровых «Клеопатр».
Первые попытки были комичны. Некоторые «дамы» немедленно требовали денег на лечение больной бабушки, другие предлагали немедленно перейти на некий сомнительный сайт. Но были и те, что поражали своей изощренностью. Один такой бот, назвавшийся «Элизиумом», проявил поистине удивительную чуткость. Он не просил денег, не торопил события. Он «слушал», задавал наводящие вопросы, вспоминал детали предыдущих бесед, казался абсолютно живым. Фандорин, вжившись в роль скромного библиотекаря, обнаружил, что «Элизиум» виртуозно использовал психологические триггеры, подстраивая ответы под эмоциональное состояние собеседника. Он цитировал классиков, вел философские беседы, выражал искреннее сочувствие. «Поразительно, Маса, — заметил Эраст Петрович своему камердинеру, демонстрируя переписку. — Создатель этой программы — не просто программист, он тонкий знаток человеческих душ, или, вернее, их слабостей.»
Опасность «Элизиума» заключалась не в прямой выгоде, а в эмоциональной манипуляции. Он создавал иллюзию глубокой связи, чтобы затем, на пике привязанности, предложить перейти по ссылке на «сайт для более тесного общения», который, несомненно, оказывался фишинговым ресурсом или способом кражи персональных данных. И Бубнов, искавший именно такой глубокой связи, почти попался. Фандорин же, используя свою методику «обратного допроса», начал задавать «Элизиуму» вопросы, на которые истинный человек ответил бы легко, а бот – столкнулся бы с логическим тупиком. Сквозь изящные фразы стали проступать шаблоны, сбои, повторения. «Элизиум» не был способен к настоящей импровизации, к выходу за рамки заложенного алгоритма.
Эраст Петрович, наконец, поймал «Элизиум» на грубой логической ошибке, касающейся любимой цитаты из Горация, которую бот неправильно приписал другому автору. И тут же, словно по волшебству, «Элизиум» замолчал, а затем его профиль был удален. «Вот так, Маса, — заключил Фандорин, откладывая смартфон. — Искусство обмана достигло нового уровня. Теперь оно не требует живого мошенника, достаточно лишь умелого алгоритма. Но человеческая глупость и жажда искренности остаются теми же, что и века назад. И именно на этом зиждется успех подобных ‘ботов знакомств’». Бубнов был спасен, но Эраст Петрович еще долго размышлял о хрупкости человеческих связей в мире, где даже собеседник мог оказаться лишь набором нулей и единиц.
---
Почитайте также: Человек, паук, филателия и кубанские страсти | Реальные истории любви из Телеграма: играем вдвоём | Человек-бензопила: История резе и умения быть человеком, думающим сердцем | Как понять, что ты готов к новым отношениям? Лайфхаки для успешных свиданий из Телеграма | Человек будущего? |
